Портрет (2)

Одинаковые портреты

Вот мужчины, однотипные, как школа сержантов, только не обриты. Первого написали в 1576, последнего в 1686 году, если судить по ним, за сто долгих лет живопись не продвинулась ни на шаг. Хотя на самом-то деле появились и любители картин, и коллекционеры, а художники стали умелыми и ушлыми; жанров напридумывали и даже некоторые портреты научились писать по-новому, никому не подражая. Но когда заказывали картины такого (№ 1№ 8) типа, то есть погрудные три четверти, об искусстве никто не помышлял. Так бывает. Не всякий, например, стол это дизайн и искусство. Стол бывает просто стол. И заглянув в музей (особенно в портретную галерею) не обольщайтесь словами, что «картина», «живопись», «музы», «творцы». Пусть сейчас художники встали в ряды вдохновенных поэтов и пророков, но раньше-то они состояли в гильдии шорников. Надо художника судить только по картинам, нарративы оставить в стороне, и не связывать мастеров ни с лошадьми, ни с божественным наитием.

Первым будет Антони Мор (Anthonis Mor 1517–1577). Родился и учился в Утретхте. Блистательная карьера, европейский успех, живописец при нескольких испанских императорах. Едва ли не главный портретист Северной Европы в третьей четверти 16 века. Портрет гравера и печатника Губерта Гольциуса (не путать со знаменитым Хендриком, который был его родственником).

№ 1 Антонис Мор Портрет Губерта Гольциуса 1576, Королевский музей изящных искусств, Брюссель, 66х50 см.
001

Неизвестный художник написал № 2. Дошли тысячи подобных потемневших, но с белыми воротничками мужчин, все они одинаковы, непонятно кем сделаны, ни обо одном нечего сказать.

№ 2 Неизвестный художник Портрет Jacob Graswinckel 1602, частная коллекция, 71х60 см.
002

Ян ван Равестайн (Jan van Ravesteyn ок. 1572–1657), известный портретист (работал и на Оранских), портрет регента из Дельфта. Почти все его композиции однотипны, только мода на них меняется.

№ 3 При участии Яна ван Равестайн Портрет Willem van Santen 1610, частная коллекция, 67х56 см.
003

В тридцатых годах 17 века в Амстердаме популярными стали Рембрандт и овальный формат. Вот один из таких портретов амстердамского периода. Живописи, искусства нет и у Рембрандта, модель отличается от других таких же лишь усами вверх и хохолком, предвестником ирокеза. Изображен не характер, а стандартное рембрандтовское лицо, на картине не найти ни композиции, ни какого-то особого живого исполнения.

Если же кто-то считает этого господина из брауншвейгского музея в тысячу раз прекраснее прочих, здесь приведенных, то процитирую выдержки из второго тома “Проекта Рембрандт”, где лучшими учеными доказывается, что картину написал не гений, а его неинтересный ученик: “…рембрандтовская работа кистью всегда лепит форму, а тут она сумбурна…”, “…(такого) отсутствия пластической дифференциации нет больше ни на одной картине Рембрандта…”, “…здесь нигде не найти уверенно положенного холодно-серого цвета поверх тепловатого коричневого (который присутствует на всех портретах Рембрандта того времени)…”, “…контур противоречит пластичности фигуры…”, “…цвет отличается от цвета Рембрандта…”, “…Излишняя проработка исполнения соединена с определенной потерей ритма в работе кистью над структурной когезивностью в фигурах и суггестивности материала в волосах и одежде…”. Ах, сладко пели голландские соловьи из “Проекта”. Через несколько лет один из этих соловьев (де Ветеринг) оказался разбойником, захватил «Проект» и деньги, на него отпущенные, в свое единоличное пользование и, исходя из каких-то возвышенно-духовных (или же низменно-материальных) резонов, перерешил картину назад в оригинал кисти Рембрандта, отделавшись разочаровывающе короткой фразой, что “оказывается, художник мог писать в разных манерах”.

№ 4 Рембрандт Портрет мужчины 1632, Музей герцога Антона-Ульриха, Брауншвейг, 63.5х47.3 см.
004

Портрет знаменитого политика и успешного взяточника Александра Пау кисти знаменитого Герарда ван Хонтхорста.

№ 5 Герард ван Хонтхорст Портрет Adriaan Pauw 1651, частная коллекция, 70х60 см.
005

Якоб Делфф Младший (Jacob Willemsz. Delff II 1619–1661) из Дельфта, Nicolaas Ruysch политик и аристократ.

№ 6 Якоб Делфф Младший Портрет Nicolaas Ruysch 1655, частная коллекция, 75х64 см.
006

Валлеран Вайан (Wallerant Vaillant 1623–1677), о котором я расскажу дальше, написал Питера де Графа, миллионера, политика, мецената и проч.

№ 7 Валлеран Вайан Портрет Питера де Графа 1576, Музей Амстердама, Амстердам, 72х60 см.
007

Ян Верколье Старший (Jan Verkolje I 1650–1693), в основном портретист, а еще живописец элегантного, написал черно-коричневого Энгельберта Пау (№ 11), котрый был правнуком Jacob Graswinckel (№ 5). Из этой родственной связи можно сплести рассказ о целой семье, но сказать об искусстве по-прежнему нечего.

№ 8 Приписывается Яну Верколье Старшему Портрет Engelbert Pauw 1686, частная коллекция, 71.5х58.5 см.
008

И так обстоят дела почти с каждым голландским портретом: легко завернуть историю о заказчике – когда родился, богат ли был, кому приходился внучатым племянником, нетрудно и о художнике – припомнить, на ком он тогда женился, а если не женился, то вспомнить биографические подробности его детства или даже политическую ситуацию в Соединенных провинциях и отношение к ней нашего мастера. Но о живописи подобных изображений сказать обычно нечего. Потому что там ее мало. Почти нет… Конечно, можно выдавить принужденно, что у Вайана на холсте игра из черных и белых пятен, заимствованная у кого-нибудь… Но то будет обманом – тогда многие носили черно-белое, а у писавших этих модников художников (Морелсе, Беркмана, Лидтса, Ротиуса) автоматически получалась “игра из пятен”. Нет тут искусства. Но если нет, то что там есть? Зачем было городить огород и писать погрудные полотна в три четверти? А потому что все так делали, и еще, чтобы отмежеваться от тех, кто не мог позволить себе портретик у дорогого мастера. Писали коричневых болванчиков для генеалогии на радость правнуку: напоминать ему со стены, что прадед был достойным, богатым и очень-очень хорошо одетым. Иногда, правда, заказывали изображение дорогого человека, чтобы глядеть на него и предаваться воспоминаниям, так добропорядочный португалец и любящий отец (Diego d’Andrada) решил заказать портрет навсегда покидающей его дочери, обратился к Рембрандту, а потом судился с художником, что дочка совершенно непохожа. И это при том, что похожесть (как я предупреждал читателя!) была не наша, а семнадцатого века – вполне условная.

Опять хочется спросить: можно ли написать незамысловатую композицию лишь с головой и плечами хорошо? И опять, оказывается, что можно. Вот роттердамский портрет Фабрициуса.

№ 9 Карел Фабрициус Автопортрет ок. 1645–1650, Музей Бойманса – ван Бёнингена, 65х49 см.
001

Тут живой фон, который можно посчитать стеной с осыпающейся штукатуркой, а то и просто красками, но главное – лицо с бойкостью и целью в каждом мазке, к примеру, кудри не просто нарисованы, что, мол, «вот это кудри», а объемны и отступают назад, а лицо, а голова светлым объемом выезжает вперед и покидает это обрамление из локонов. Несколькими ударами кисти ловко и безбоязненно сделана волосатая грудь, а белая рубашка взята в два тона, то, что ближе светлее, а чуть подальше она уже из совсем другого белого. При этом оба белых кажутся белыми. И даже композиция тут есть, на портрете больше чем обычно холста сверху, и получаются пространство и воздух. Всего это (невесть какого!) не встретить у перечисленных выше господ.

И еще бывают просто этюды, которые славны мастерством, экспрессивностью и тем самым импрессионистами прославленным “впечатлением”. Вот такой портрет, кисти Ван Дейка (ему было 20 лет!). Небольшая с натуры не совсем картина, а этюд. Композиции, пространства, интересного цвета нет здесь вовсе. Но владение кистью… ах, какое владение кистью!

№ 10 Антони Ван Дейк Портрет Корнелиса ван дер Геста ок. 1619-1620, Национальная галерея, Лондон, 37.5х32.5 см.
010

Но когда-то этюд показался мелковат, не устроил владельца, тогда было решено его улучшить, превратить недомерка в полноценное и серьезное искусство. Картину увеличили в четыре раза и – опа! – сделали обычной погрудной унылостью (78х66 см.). Сразу на большом холсте засияло по сторонам пустое черное и скучное место. Зато на стене теперь висел не маленький сбоку эскизик, а настоящая картина знаменитого Ван Дейка. (Сейчас в Национальной галерее портрет восстановлен в своих правах и размерах.)

№ 11 Антони Ван Дейк Портрет Корнелиса ван дер Геста (увеличенный), 78х66 см.
011

Портретов, которые тут приведены – мириады. Большинство в запасниках, но есть и на видном месте, когда изображены знаменитости или в авторах числятся великие художники. Про такие картины пишут статьи, из-за них на аукционах любители прекрасного выдирают друг другу бороды. Но даже из этого не следует, что скучное надо объявлять плодом вдохновения и гениальности. А как же к ним относиться? Так у нас, если не касаться важных тем, объявлена полная свобода мнения, каждый волен посчитать № 8 шедевром и любить его всю жизнь.

 

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s

%d bloggers like this: