006 Дети, кошки и парадный конный портрет (2)

ПЛОХАЯ ГОЛЛАНДСКАЯ ЖИВОПИСЬ 17 ВЕКА

 

О том, как трудно рисовать лошадей

Разговаривать даже о плохих конных портретах, не являясь многолетним владельцем конюшни, представляется неосмотрительным: спутаешь бурую с темно-буланой, так потом над тобою будут целых десять лет потешаться. Однако из-за того, что барышники, лошадники и жокеи обычно живописью не интересуются, я попытаюсь сказать несколько слов о голландских всадниках 17 века.

Рисовать лошадь трудно, потому что пропорции ее очень хорошо известны, а стати детально изучены, ибо свидетельствуют о качествах лошади: о выносливости, о жесткости или мягкости хода, о том, хорошо ли лошадь дышит при беге и так далее. Специалист, выбирающий скакуна, непременно обращает на стати внимание, а от профанов (художников) они могут и ускользнуть. Потому человеку, уже умеющему профессионально рисовать, надо потратить несколько месяцев, чтобы научиться изображать лошадь без ошибок. А месяцев этих у художника никогда нет. Можно, конечно, и с ошибками… Ну так об этом мы и говорим!

Конный портрет труден для изображения не только поэтому. Например, сопрячь пропорции человека и скакуна возможно, но непросто. Глядя на бесстрашных принцев, гарцующих верхом посреди сражений и баталий, удивляешься иногда, что кони там не больше двух крупных табуреток. А все дело в том, что если изображать коня и короля по-честному, то жеребец выйдет и крупнее, и мощнее своего  всадника, обладателю же голубой крови будет несколько обидно проиграть в соревновании, он ведь все-таки король. Вот художники обычно и решали угождать монархам на своих картинах, а не следовать неразумной природе.

Еще одна трудность – если изображать наездника издали, то почти всегда получается одна и та же композиция-силуэт и выходит скучно. Когда же художник стоит к коннику слишком близко, то лошадь, которая протяженнее ездока, неминуемо видится в некотором неудобном перспективном сокращении (круп или голова будут слишком большими), и тогда изобразить человека подходящих пропорций еще сложнее (именно это не получилось у Караваджо в хорошей картине «Обращение Савла»).

Следить за этими и другими мелочами необходимо лишь для того, чтобы писать коней грамотно, о собственно искусстве пока речи и не шло. Все согласятся, что грамотность писателю необходима, однако правильная пунктуация никак не гарантирует талантливой прозы.

Обычно художники с конными портретами не справляются. Можно вспомнить великого Веласкеса, всадники которого большей частью неудачны, а некоторые уж вовсе позорны. Чтобы не быть голословным я приведу холст, где громадного размера шестилетний малыш, сидит на вздыбленной бочке с головою коня. Живопись тут впечатляет, а рисунок кошмарен.

№ 1 Веласкес Конный портрет принца Балтазара Карла 1635, Прадо, Мадрид, 209х173 см.
001 velazquez - Prince Baltasar Carlos on Horseback. 1635-1636

 

Несколько голландских примеров

Конный портрет это почти обязательно изображение лихого скакуна с взгромоздившимся на него палачом-душителем своего или чужого отечества. Людям мирных наклонностей в подобных изображениях нет особой нужды. Остутствие спроса и неисчислимыме трудности в изображении предполагают плохую живопись. Именно такую мы в Голландии и имеем! Одна радость, что в Голландском искусстве на конях изображены в основном представители Оранской династии – по Сеньке и шапка. Большинство же хороших художников из Низких земель писать лошадей не умели, не хотели и не брались (да и молодцы!).
Я приведу несколько картин.

№ 2 Адриан ван де Венне Принц Фредерик Хендрик на коне и в окружении свиты между 1625-1630, музей Бойманса – ван Бёнингена, Роттердам, 106.4х138.9 см.
002


№ 3
Якоб ван дер Мерк Конный портрет Морица Оранье-Нассау 1640-1645, Исторический музей, Гаага, 181х179.5 см.

Prins Maurits

Следующая работа принадлежит кисти Якоба ван Кампена Jacob van Campen (1596-1657), дворянина, на досуге увлекавшегося живописью, путешествовавшего по Италии и прививашего итальянский шик голландской деревенщине.

№ 4 Якоб ван Кампен Принц Фредерик Хендрик в качестве тяжелого кавалериста повелевает водами (не шучу, именно так называется картина) 1649-1651, Оранжевый зал, дворец Хёйс-тен-Бос, 320,5 x 204,5 см.

Frederik Hendrik as Man-at-Arms ruling the waters, by  Jacob van

 

Ото всей этой живописи пахнет потом и усилиями (что всегда плохо), изображения лошадей обычно не получаются, а когда получаются, так и слышишь облегченный вздох художника, который так радуется, что уже не обращает внимания ни на цвет, ни на композицию, ни на что другое.

Всего голландских конных портретов 17 века сохранилось около трехсот, в каталоге выставки 1980 года «В седле» насчитали 200 работ, но на самом деле таких портретов больше, думаю, что найти еще сотню не составит серьезной трудности. Почти все эти полотна имеют слабое отношение к тому, что мы называем «голландской школой живописи». Они сработаны, словно по трафарету, почти всегда ориентируются на иностранные образцы, исполнены плохо, кони, разумеется, изображены не с натуры а с чужой гравюры, да и художники во многом случайны. Голландские принцы хорошей живописью не интересовались, а лишь забавлялись украшением дворцовых зал, чтобы у них стало, как у настоящих королей, а потому заказы давали просто надежным ремесленникам. Холсты эти не живопись, а какие-то копии имитаций или подражания фальсификациям, вообще такое случается довольно часто. С парадным искусством в особенности.

Интересно проследить историю одного портрета. Итальянский художник Антонио Темпеста (1555-1630) в 1593 году исполнил офорт с изображением французского короля Генриха Четвертого на фоне побеждающих войск.

№ 5 Антонио Темпеста Конный портрет Генрих Четвертого 1593, офорт, 49.2х36.1 см.
005 antonio tempesta

На основе этого офорта Эгберт ван Пандерен Egbert van Panderen (1580 или 1581-после 1617) исполнил свой офорт в 1597 году, заменив только иностранного француза на родного принца.

№ 6 Эгберт ван Пандерен Принц Мориц в битве при Тюрнхауте ок. 1597, офорт, 50.5х37.2 см.
006 RP-P-OB-104.059

На основе офорта того же Темпесты (или ван Пандерена?) Криспяйн ван де Пассе Старший Crispijn van de Passe de Oude (1564-1637) исполнил свой офорт с тем же самым Морицем, но уже в совершенно другой битве.

№ 7 Криспяйн ван де Пассе Старший Принц Мориц в битве у Ньивпорта 1600, офорт, 43.6х29.4 см.
007 RP-P-OB-15.807

 

На основе офорта Эгберта ван Пандерена другой, неизвестный нам художник исполнил портрет того же Морица, но без всякой битвы. Офорт этот был уже почти в два раза меньше оригинала.

№ 8 Неизвестный художник Принц Мориц на коне после 1600, офорт, 26.4х19.8 см.
008 RP-P-OB-104.194

Так как голландский народ любил нести с базара милорда глупого, то еще один неизвестный художник не удержался и сделал свой офорт с принцем, использовав для этого офорт Криспяйна ван де Пассе.

№ 9 Неизвестный художник Принц Мориц на коне ок. 1600, офорт, 33.8х24.9 см.
009 RP-P-OB-104.195

Время шло и через более чем сорок лет игра в испорченный телефон продолжилась: одну из этих гравюр взял за образец художник Херман Донкер Herman Doncker (1595-ок. 1656), когда для ратуши в Эдаме он выполнил два огромных конных портрета любимых вождей. И вот она – эта жемчужина собрания музея в Эдаме.

№ 10 Херман Донкер Принц Мориц в битве при Тюрнхауте 1636, Музей Эдама, 217.50х162 см.
010 donker

Серийное производство

Почти все конные портреты монархов были вроде изображений Ленина в советских учреждениях или портретов Джорджа Вашингтона кисти Гилберта Стюарта (коих более 130 штук), они должны были демонстрировать присутствие власти и любовь к правительству, а к искусству не имели особого отношения. В Голландии бравых конников королевской крови и доныне можно найти в ратушах небольших городов. Правда, большая часть портретов перекочевала из правительственных зданий в музеи и частные коллекци, как это случилось с портретом из Эдама (№ 10).

Бесчисленно писались копии одних и тех же изображений. Например, № 2 это уменьшенный вариант картины большего размера из частной коллекции в Антверпене. Нередко по одному и тому же лекалу-образцу один и тот же художник создавал портреты разных монархов: скакуны их были одинаковы, позы тоже, размеры холста тоже, но прическа и имена царственных особ отличались. Паулус ван Хиллегаерт (первый) Pauwels van Hillegaert (I) (1596–1640), написал трех почти идентичных Фредериков Хендриков Оранье-Нассау, а потом точно такого же конника, но то был уже шведский король Густав Второй Адольф. Иногда одинаковым картинам давали разные названия. Ян Вайк Jan Wyck (1652–1702), голландский живописец батальных сцен, уехавший в Англию и работавший на короля Вильяма Третьего, не слишком заботился о разнообразии композиций. Вот пара его картин посвященных одной битве, а следом еще такая же пара, но изображающая совершенно другое сражение (ну, и масть лошади тоже поменялась).

№ 11 Ян Вайк Вильям Третий в битве на реке Бойн после 1690, Даремский университете, Англия, 70х95.5 см.

Wyck, Jan, 1645-1700; William III at the Battle of the Boyne, 1690


№ 12
Ян Вайк Вильям Третий в битве на реке Бойн после 1690, Государственное собрание искусства Лондон, 74х92 см.

Wyck, Jan, 1645-1700; King William III (1650-1702) at the Battle of the Boyne

 

№ 13 Ян Вайк Вильям Третий во время второй осады Намюра после 1695, National Trust, Mount Stewart, 76х99 см.

Wyck, Jan, 1645-1700; William III (William of Orange) (1650-1702), at the Second Seige of Namur, 2 July to 1 September 1695

 

№ 14 Ян Вайк Вильям Третий во время второй осады Намюра после 1695, National Trust, Hatchlands, 73.5х99 см.

Wyck, Jan, 1645-1700; William III (William of Orange) (1650-1702), at the Second Seige of Namur, 2 July to 1 September 1695

 

Бюргеры

Более половины сохранившихся голландских конных портретов 17 века изображают лиц королевской крови, почти всех на гордо вздыбленных скакунах (то, что сейчас называется «песада» или «левада»). Кажется, что прицам и королям нечего было делать во время сражений, и вместо боя они занимались выездкой. Очевидно, что столь специфические желания заказчика и необходимость избранных живописцев следовать своим представлениям о линии партии полностью выхолащивали из этих полотен и намеки на искусство.

Кроме монархов иногда конные портреты заказывали дворяне. Часто они хотели выглядеть не хуже королей, и тогда их кони тоже отрывали передние ноги от земли. Йохан Вольферт ван Бредероде был республиканцем, противником монархии и одним из влиятельнейших государственных деятелей Соединенных провинций.

№ 15 Ян ван Россум или художник из студии Томаса де Кайзера Йохан Вольферт ван Бредероде 1640-1655, Ряйксмузеум, Амстердам, 105х91.5 см.
015 atelier van Thomas de Keyser

Однако иногда портретируемый представитель среднего класса (в данном случае Дирк Декер был торговцем) довольствовался чем-то более спокойным.

№ 16 Ян Андреа Ливенс Конный портрет Дирка Декера из Амстердама 1672 Музей Фицвильям, Кембридж 137.8х131.4 см.
016 Jan_Andrea_Lievens_-_Ruiterportret_van_Dirck_Decker_van_Amsterdam_(1671)

Иногда все же в конных портретах в некоторой степени появляется то, что мы называем живописью. В следующем холсте и композиция не совсем стандартна, и белые пятна образуют некую игру. Работа банальна, но на берзыбье… Изображенный тут купец Йохан Ортт очень старался: купил замок, стал держать огромную конюшню и, совсем как настоящий аристократ, стал заказывать портреты, есть еще один конный портрет (на вздыбленном коне) и другой, где изображена большая группа всадников, а среди них Ортт и члены его семьи.

№ 17 Мельхиор де Хондекутер Йохан Ортт на лошади у ворот своего замка Няйенроде 1687, Королевская коллекция, Лондон, 79.8х97.2 см.
017 Royal-Hondecoeter-Melchior-de-Johan-Ortt-1687

 

Хорошие художники

Немногие из известных голландских мастеров писали конные портртеты. И они у них тоже не всегда получались.
У Герарда Терборха есть два таких и оба они никуда не годятся: первый из них скучнейший, а второй вдобавок еще и комичен – жеребец, вставший там на дыбы, размером с кошку.

№ 18 Герард Терборх 1646-1647, Генрих II Орлеанский, герцог де Лонгвиль Городской музей, Мюнстер, 49х41 см.

Henri II. von Longueville / Ter Borch

 

№ 19 Герард Терборх 1649, Карл Людвик, курфюрст Пфальца на коне музей Ряйсс, Мангейм, 39х29 см.
019 terborch

Есть две картины Рембрандта с изображением всадников. Оба – это прекрасная живопись и проблематичный рисунок лошади. В «Польском всаднике» мешают странные ноги лошади, а особенно огромные плюсны и пясти.

№ 20 Рембрандт Польский всадник ок. 1655, Коллекция Фрика, Нью-Йорк, 116.8х134.9 см.
020 Rembrandt_-_De_Poolse_ruiter,_c.1655_(Frick_Collection)

В портрете Рихеля (вздыбленном) голова, шея, грудь, передние ноги скакуна нарисованы совсем неудачно. Именно из-за плохого рисунка несчастную эту лошадку заподозрили в том, что ее писал не великий голландец, а его ученики, как это обычно и случается в нашем современном мире, где культ знаменитостей господствует безраздельно, и любой знаменитый художник или писатель автоматически начинает считаться гением во всем, чем он занимается, а также образцом морали, красавцем и святым.
Еще мне показалось интересным, как возникла эта картина: купец Фредерик Рихель заказал портрет в память о том, что он принял участие в процессии сопровождения Принца Вильяма Тетьего Оранского и Мэри Стюарт, когда они посетили Амстердам в 1660 году. Вот как… Человек в числе других таких же всадников проскакал несколько сот метров за каретой и через три года решил увековечить это самое главное событие в своей жизни.

№ 21 Рембрандт Конный портрет Фредерика Рихеля 1663, Национальная Галерея, Лондон, 294.5х241 см.

Frederick Rihel on Horseback, by Rembrandt

 

Провалы в рисунке парадных конных портретов даже у самых лучших художников – удивительны. Потому что голландские живописцы, если им было нужно, умели лошадей рисовать вполне хорошо, полностью профессионально и даже виртуозно. В прошлой главе я упоминал Николаса Берхема, сейчас я могу вспомнить Филипса Ваувермана Philips Wouwerman (1619–1668), который писал в основном охоты, пейзажи со всадниками и батальные сцены. Вот несколько его работ.

№ 22 Филипс Вауверман Белая лошадь ок. 1646, Ряйксмузеум, Амстердам, 43.5х38 см.
022 SK-A-1610

№ 23 Филипс Вауверман Лошадиный водопой у пограничного поста между 1650–1668, Ряйксмузеум, Амстердам, 34х41 см.
023 SK-A-485

№ 24 Филипс Вауверман Кавалеристы, пьянствующие с женщинами у палаток, украшенных знаменами и венками между 1650–1668, Ряйксмузеум, Амстердам, 36х47 см.

Opnamedatum: 2010-12-23

Хм. Меня впечатлило название последней картины…

 

Несколько слов в заключение

Правительственные живописные вкусы 17 века далеки от сегодняшних представлений о прекрасном. Хотя и тогда о красоте никто не заботился, попросту изображения очередного Цезаря/Наполеона/Сталина должны были занять свои места на стенах государственных учреждений. Впрочем, такие картины иногда могут быть и удачны. Но в Голландии такого не случилось. Даже изображения дворян и бюргеров не спасли дело, они словно пропитались зловредными державно-героическими настроениями.

Конные портреты не были популярны, они лишь грели сердце знатным господам, но сейчас почти не мешают нашему взгляду, потому что или спрятаны в запасники, или доныне висят в замках избранных, куда публике вход запрещен. И слава богу. Эти картины уже на стадии рисунка обязаны были быть негодными, художники не рисовали с натуры, не изучали лошадей, а перерисовывали чужие гравюрки и зарабатывали деньги. Это было тем более легко сделать, что заказчики искали славы, блеска и вздыбленных коней, ни на что другое внимание не обращая. Если мы говорим о голландских парадных конных портретах, то тут просто не о чем говорить!

В каждой живописной культуре есть нечто, чем художники пренебрегают, скажем, в традиционной китайской живописи это тьма и тени, в современном искусстве это стыд и здравый смысл, а в Голландии, например, не умели рисовать кошек и плохо писали конные портреты. Зато атласные платья писали здорово. Так и будем смотреть на атлас!

5 thoughts on “006 Дети, кошки и парадный конный портрет (2)”

  1. Спасибо за рассказ. Как практический знаток лошадей (и чел, окончивший детскую художку-четырёхлетку) не могу не вступиться за Веласкеса -он таки умел рисовать лошадей. Он смотрел и ВИДЕЛ их, поскольку в его лошадях есть детали, которые даже сейчас не все лошадники знают и видят, не говоря уж о художниках (см. “Сдача Бреды”, масть гнедой лошади на переднем плане, затемнение по хребту – это, кста, не увсех лошадей есть). Причём, на его полотнах явно разные лошади, мне кажется, что писанные с натуры (у них разные …эээ… лица). Конечно, для парадных портретов экстерьер писался идеальный, но такие (идеальные) лошади существуют, даже сейчас, есть ряд иберийских “барочных” пород. Чего Веласкес не знал, как и все художники и зрители их картин до ХХ века, до изобретения кино и моментальной фотографии – как лошадь скачет галопом. Поэтому он, как и остальные, умея рисовать лошадь в пезаде (стоя не высоко на дыбах), для придания рисунку ощущения стремительного движения просто отодвигал задние ноги (но отодвигал правильно…в принципе, лошадь может так прыгнуть, но художник изображал скачку, а не скачОк).
    По поводу “ужасного мальчика на ужасной лошади” (Конный портрет принца Балтазара Карла). Это правильный с точки зрения пропорций рисунок – мальчик ведь на типичном ПОНИ! (кто не знает, к классу пони относят лошадей до 150 см). Думаю, рост его конька – около 110-115 см. Ну да, задние ноги чуть длинноваты, это правда…но пони прекрасен и его всадник очень гармоничен. Нет, мальчик не на бочке – это так и выглядит брюхо упитанной лошади в этом ракурсе и в этой позе. Если бы сюда можно было добавить фото, я бы показала и поньку, и липицциана, один в один как у Веласкеса (кроме задних ног).
    Абсолютно гениальные лошади у Веласкеса: у герцога де Оливареса, Филиппа IV, Белый конь. Оч. хороши лошади у Изабеллы Бурбонской и у Маргариты Австрийской, там всадницы чуток подкачали. У Филиппа III очччччень небольшие, малозаметный нарушения пропорций переда (но это уж совсем-совсем придираться). Ну, разве что строгой критике можно подвергнуть Аллегорический конный портрет Филиппа IV, но там, может, подмастерья напортачили. Или реставраторы. Но пропорции там тоже верные, просто шерсть не блестит.
    Зря вы раскритиковали № 17 Мельхиор де Хондекутер Йохан Ортт на лошади у ворот своего замка Няйенроде. Лошади там правильные (только чуть-чуть храп у белой подкачал, но не критично). № 20 Рембрандт Польский всадник – вы правы, там ноги длинноваты, зато отлично схвачен тип польской лошади тех времён, конникам интересно смотреть и размышлять.
    Филипс Вауверман – хорошо, где лошади стоят, особенно удаётся вид сзади в 3/4. Там где движение – так себе, бывает вообще откровенно плохо (Путешественники, A Winter Landscape with Horse-Drawn Sleds). По моему, одну спокойно стоящую светло-серую лошадь он нарисовал с натуры (№22) и потом использовал эту заготовку много где, иногда даже искажая перспективу.
    Николаса Берхем – нет, не Веласкес. Посмотрите на уши его лошадей – какие-то тряпочки прилепленные к голове. Пропорции искажены – шеи короткие.
    Но, конечно, лошади и Ваувермана, и Берхема лучше чем у остальных показанных вами художников, за исключением великого Веласкеса. Даже не знаю, видела ли я лошадей лучше чем у него до ХIХ века…

    Liked by 1 person

    1. Про Веласкеса не соглашусь, хотя должен оговориться, что сам я лошадей не рисовал, не писал ни разу, представляю, как это сложно, и могу вполне ошибиться. Интересно посмотреть на фотографии, буду благодарен, если пошлете мне на почту nikolsky_sergey_ronit@yahoo.com.
      Задние ноги там длинные, передние очень короткие и слабые, шеи нет ни спереди, ни сзади, там проваливается объем. Но даже не это, потому что все же нет цели писать анатомически правильно. Но я вижу бочку (без впадин, которых ждешь между крупом-животом-грудью), из которой торчат нога, нога, нога, нога, а шея в бочку немилосердно вбита. Даже если пони, то что-то мне мешает. И мальчик сверху приставлен не естественно. Главное, что с такою натугой написано-нарисовано, что становится художника жалко. Вот драпировки он писал или лица так лихо, что завидуешь. А тут его жалеешь. Возможно, что мастерская… но я доверял атрибуции музея, я про испанцев не знаю.
      На сайте Прадо про пони молчат, называют лошадью, но это ничего не значит. Кстати, думаю, что они про пони не подумали, потому что сейчас увидел разнообразные попытки оправдать эти странные пропорции.
      У Веласкеса еще есть один портрет с тем же самым принцем.

      Если тут пони, то и на большом тоже вполне возможно.

      Хондекутера я вроде бы и не ругал, он салонный, но старательный.

      Ага, голландцы (и некоторые прочие) так и работали: делают набросок, а потом всю жизнь его используют.

      Like

  2. Весьма хороши лошади у Паулюса Поттера, причём под всадниками хуже, чем без них. Художник прожил всего 29 лет… Рисунок старой лошади около трупа погибшей (Поттера или кого-то из его круга) – великолепен.

    Like


    1. Вы про этот рисунок? Я спрашиваю, потому что есть с рисунка гравюры, которые прилизаны.

      Так я и писал про всадников. Портреты это вообще проблематичный жанр, а конные портреты еще проблематичнее.

      Like

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s

%d bloggers like this: