ДЖОРДЖОНЕ (7)

Часть VII

ПЬЕТРО ДЕЛЛА ВЕККИА

Чтобы лучше понять стиль Il Bravo, следует рассмотреть работы Пьетро делла Веккиа (1603-1678). В семнадцатом веке его называли «Обезьяной Жоржо» за имитацию(!) стиля Джорджоне. Иногда работы Веккио даже выдавали за работы Джорджоне, и они считались таковыми на протяжении века (таких работ – несколько десятков). Видно, что эта «имитация» не имеет ничего общего с «Бурей», «Спящей Венерой», с тем, что мы сейчас считаем подлинным Джорджоне, но у каждого времени свой взгляд на художника и его стиль.

Вот картины Пьетро делла Веккиа (кстати, некоторые нынешние атрибуции его работ мне кажутся весьма сомнительными) №70

049PIETRO_DELLA_VECCHIA_VENICE_OR_VICENZA_1602_3_-_1678_VENICE_MAN_DRAWING_A_SWORD.jpg

 

№71

050vecchia

 

№72

051vecchia.jpg

 

№73

052liebespaar_hi

 

№74

053pietro_della_vecchia_-_socrates_and_two_students

 

№75

054vecchia

 

№76

055vecchia

 

№77

056pietro-della-vecchia

 

№78

057vecchia

ОБНАЖЕННЫЕ НА ФОНЕ ПЕЙЗАЖА

Еще один стиль (опять-таки скорее не стиль, а сюжет) – это обнаженные женщины на фоне пейзажа. Подобную картину из Венеции 16 века всегда постараются посчитать работой Джорджоне, а если не получится, то объявят холстом его последователя, хотя, на мой взгляд, №5 Спящая Венера, №47 Концерт из Лувра, №4 Буря – вовсе не похожи одна на другую по манере письма. Венера – большая и тяжелая, довольно реалистично написанная, а фигура из Бури похожа на мебельные изображения, женщины же в Концерте немного условные и как бы вырезанные откуда-то и наложенные на пейзаж. Сюжет (обнаженное женское тело + пейзаж) похож, но подход к изображению натуры различается.

Вот для примера картина с подобным сюжетом кисти Кариани из Royal Collection в Англии. №79 Венера на фоне пейзажа. Картину приписывали Джорджоне, Тициану, Пальме Веккио и Бордоне.

058cariani

 

Вот еще одна из Royal Collection в Англии №80 Диана и Актеон Сейчас считается работой из студии Бонифацио, приписывалась Джорджоне и Ламберту Сустрису

059diana.jpg

 

ФИГУРЫ НА ФОНЕ ПЕЙЗАЖА

И еще одно направление, связанное с предыдущим, – фигуры со сложным, детально проработанным пейзажем, который важен для композиции (я упоминал №18 Святую аллегорию, см. так же №88, №89, №92). В то время таким образом писали многие, Джорджоне тоже так выстраивал свои картины. В эту категорию зачисляют самые непохожие произведения. Обычно смотрят, как художник изобразил положение города на фоне голубых гор, рощ, лесов, рек, неба, далей и моря, много ли этих рощ и лесов. Совершенно очевидно, что это было не творческим поиском (как в 19-20-21 веках), а ремесленным трюком, что это был не почерк художника, а использование приема, чтобы завершить картину как можно быстрее и продать ее. Именно поэтому, из-за того, что на картине кто-то воспользовался этой находкой и изобразил горы-башни-дали-моря, многочисленные работы приписывали Джорджоне. Мне кажется, что это неоправданный угол зрения, неоправданная интерпретация, слишком общий взгляд на индивидуальность. Заимствование идеи (особенно технической, например, изображение определенного пейзажа на заднем плане) распространяется среди художников очень быстро, и каждый эту идею исполняет по-своему.

Хочу еще сказать, что меня удивляет, что Джорджоне считали гением. Он очутился в этом звании (заслуженно или незаслуженно), но что бы ни случалось после, какие картины ему бы ни приписывались, ему всегда полагался генеральский мундир основоположника новой живописи. Он был гением, потому что писал в мебельном стиле, потом знатоки перерешили, и он стал гениальным, потому что писал в стиле №20 Мальтийского рыцаря и №12 Il Bravo, потом знатоки считали его великим из-за обнаженных женщин на фоне пейзажа, а потом из-за душевного взгляда мальчиков. А те картины, которые не укладывались в новую схему, вдруг становились неинтересными, негениальными, убирались в запасники, и публика про них благополучно забывала. Ведь это уже был не Джорджоне.

 

НЕСКОЛЬКО ЗАМЕЧАНИЙ

В истории искусств очень важно обращать внимание на сторонние причины, про которые обычно молчат, которые не упоминают. Например, Беренсон давал свои атрибуции, руководствуясь во многом корыстными соображениями. №81 «Потрет дворянина» из Вашингтона

060wash.jpg

считался им копией с утраченного Джорджоне, когда же он смог получить свой гонорар за «правильную» атрибуцию, он сразу решил, что это оригинал Тициана (оригинал Тициана будет гораздо дороже копии с Джорджоне). На этом изыскания музейных работников не были прекращены, и сейчас эта работа благополучно считается совместной картиной Джорджоне и Тициана (что дороже и реже, чем просто работа Тициана).
Добавление Эти заметки о Джорджоне были написаны несколько лет тому назад. Недавно (октябрь 2018) я первый раз побывал в Национальной галерее Вашингтона. “Портрет дворянина” (нынешнее название “Портрет веницианского джентльмена”) снова сменил атрибуцию и считается теперь картиной кисти Кариани, того самого Кариани, которому так часто приписывают холсты, которые не удалось приписать Джорджоне.  Я не знаю резонов нынешней атрибуции (наверняка там какая-то история), но само ее изменение смешно и показательно.

Важно понимать, что «правильная» атрибуция может принести миллионы владельцу ранее незвестной картины.

Если музей купил картину и потратил деньги, то он всегда будет сражаться до последнего за нужную ему атрибуцию. И немногие из профессоров и исследователей захотят ссориться с музеем Метрополитен или Лувром (музеи прекратят с ними сотрудничество). Но может быть, можно сказать правду о картине, находящейся в частном собрании? О, это еще опаснее. Как только ученый предположил, что Джорджоне в некоем собрании живописи это вовсе не Джорджоне, его могут привлечь к суду за убытки, нанесенные владельцу коллекции, ибо он снизил ценность работы. И историк искусства разорится на гонорары адвокатам. (Я не выдумываю, было несколько подобных процессов).

У исследователей – свои причины и резоны, они враждуют с другими исследователями и хотят победить в дискуссии, они хотят открыть что-то новое, они не готовы признавать свои ошибки. Кроме того, если видного ученого уличат в непрофессионализме, то он сразу перестанет быть видным ученым. Потому он будет сражаться за свою репутацию, как лев, а история искусств и само искусство тут совершенно ни при чем.

Всегда надо иметь в виду напыщенность коллекционеров искусства, жадность продавцов картин и скульптур, снобизм исследователей истории исскуств и непросвещенность публики.

Человеческий, а особенно европейский мозг устроен так, что всему необходимо дать объяснение, определение. Если вещь не внесена в каталог, список, энциклопедию, то ее и не существует. Потому если есть понятие «Джорджоне», то его надо определить, наполнить содержанием. Если к тому же случилось, что его место в истории – выдающееся, то статус знаменитости не только вызовет на свет массу статей, выставок и книг, но и во многом затруднит адекватность восприятия его живописных полотен.

Что же все-таки можно сказать об этом художнике? Существует несколько картин. Хороших картин. Они могут вам нравиться или оставлять равнодушными. Если вы изучаете историю искусств, то вы обязаны знать имя Джорджоне. Если вы будете в городе, где в музее висят его холсты, то я советую туда зайти. И решить самому, что вы думаете.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s

%d bloggers like this: